Диверсант-подпольщик отец Павел
12+
Свежий номер: 17 мая 2022 (4767)
тираж номера: 2923 экз.
Архив номеров
USD 77.17
EUR 77.17
Электронная копия газеты Оформить подписку
Диверсант-подпольщик отец Павел


«Дед оправдывал свою фамилию – Говоров – потому что мастерски рассказывал истории. Только неохотно говорил о мордовских лагерях и о том, как жилось людям в оккупированном немцами Курске», – вспоминает Владимир Мруз,  внук протоиерея Павла Говорова:  курского священника, награжденного медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», партизана и героя двух публикаций Ильи Эренбурга.    
С Владимиром Владимировичем встретился  корреспондент «ГИ».
Кошелек или жизнь!
Владимир Мруз прекрасно помнит деда, но о том, что Павел Андреевич партизанил в оккупированном Курске, узнал летом 2017 года, когда прочитал в интернете статью в курской газете о диверсионно-разведывательной группе железнодорожника Павла Бабкина.
– И не удивился. Это в духе моего деда, так как он был отчаянно смелым человеком, – подчеркивает Владимир Мруз. – Павел Андреевич рассказывал историю, которая случилась с ним в годы учебы в Курской духовной семинарии. Дед был небольшого роста и худой, поэтому однокашники подтрунивали над ним. Однажды заявили: «Если не хочешь утонуть в колодце, возьми деревянный револьвер-пугач, ткни им ночью спящего преподавателя в бок и гаркни: «Кошелек или жизнь!». И дед сделал это. В колодце деда Павла не утопили, но из семинарии чуть не выгнали.
До принятия сана Павел Говоров какое-то время поработал учителем истории и встретил свою судьбу – Елизавету.
– Бабушка была образованной и мудрой. Как говорил дед, Елизавета Дмитриевна окончила курскую Мариинскую гимназию, – вспоминает Владимир Владимирович. – У четы родились пятеро детей: Влад, Вера, Валентина, Константин и Нина – моя мама.

Вынужденная амнезия
Священник Павел Говоров начал службу в храме Иоакима и Анны в Коренной пустыни, а с 1917 по 1932 годы был  настоятелем Введенской церкви Курска. Когда начались репрессии, в августе 1932-го по «Делу ревнителей церкви» отца Павла арестовали.
– Деда отправили в мордовские лагеря, где он провел 5 лет, – продолжает внук. – Бабушка Лиза, словно предчувствуя такой поворот, еще до ареста мужа отправила повзрослевших детей к родственникам в другие города, чтобы избежали той же участи. С ней осталась только младшая Нина, с которой Елизавета Дмитриевна уехала в Москву.
По словам Владимира Владимировича, в Мордовии Павлу Андреевичу повезло: узнав о том, что он учитель истории, начальник лагеря сделал его репетитором своих детей, что спасло священнику жизнь и сохранило здоровье. Отец Павел иногда рассказывал, что в лагере было много архиереев (этот сан носят руководители епархий – владыки). Над ними издевались и пытали.
– После возвращения из Мордовии дед Павел отсылал продукты, одежду и деньги заключенным, – констатирует внук.
Когда освободился в 1938 году, в Москву к жене и дочке не поехал: боялся подвергнуть их опасности. Съездил в патриархию, взял направление на служение в одном из подмосковных приходов. Но отца Павла нигде без паспорта, со справкой об освобождении,  не принимали, считая уголовником.
– Дед объездил четыре  села, и его отовсюду выгоняли. Наконец, на станции Уваровка председатель колхоза сказал: «Дождитесь утра, и мы определим вас», – продолжает Владимир Владимирович. – Подошла сердобольная женщина и сказала: «Уносите ноги, батюшка, с утра приедет «воронок», и совсем сгинете! Перед вами так двоих священников «определили».
Пошел Павел Говоров на станцию, присел на лавку и от отчаяния расплакался. Успокоил Павла Андреевича незнакомый мужчина, который оказался врачом местной психиатрической больницы. В медкарте психиатр написал, что Павел Андреевич потерял память и все документы. Паспорт восстановили, и Павел Говоров стал служить в селе Шеметово Константиновского района Московской области.

Спасите нас!
В войну супруги Говоровы с младшей дочерью Ниной вернулись в Курск. Отца Павла назначили настоятелем Сергиево-Казанского собора.
– Когда фашисты оккупировали Курск, к Павлу Говорову пришли евреи, – вспоминает внук. – «Знаем, как немцы поступают с такими, как мы, поэтому хотим принять православие. Может, хоть это нас спасет», – умоляли они. И отец Павел крестил их, потому что это были интеллигентные и мирные люди: врачи, аптекари, музыканты, учителя. Дед потом доказывал фашистам, что они православные христиане, но немцам было все равно – всем прикрепили белые шестиконечные звезды и расстреляли.

Пленные летчики
В немецком госпитале фашисты оборудовали палату для раненых русских летчиков. Представители авиации считались элитой войск. Поэтому  у немцев была практика: сбитых пленных летчиков подлечивали и отправляли в отдельный лагерь в Германии, где пытались заставить воевать на стороне фашистов.
Парней лечили врач Евгения Коровина и две медсестры – Зоя Емельянова и Анна Бочарова. Как выяснится позже, медики были членами подпольной группы, которой руководил главный врач госпиталя Юлиан Козубовский.
Практичные немцы не желали кормить пленных, поэтому обеспечивать раненых продуктами заставили местное население, которое собирало что могло, а отец Павел привозил все в госпиталь. Так и произошла встреча подпольщиков, летчиков и священника.

Дерзкое похищение
На сегодняшний день известно, что группа Павла Бабкина во взаимодействии с врачами и «прибившимся» к ним священникам устроила побег из госпиталя четверым  летчикам. Похищение офицеров было настолько дерзким, что фашисты долго искали участников, но так и не нашли.
Выкрали капитана Константина Длужицкого,  лейтенанта Николая Евграфова, батальонного комиссара Павла Бубекова и лейтенанта Афанасия Бомко. Врач Евгения Коровина нарочно писала в медкартах военнопленных: «Состояние не улучшается». Зоя Емельянова и Аня Бочарова ночью вывели их из госпиталя и спрятали в Сергиево-Казанском соборе, где отец Павел приготовил для беглецов одежду и продукты в дорогу.
Машинист Бабкин устроился в госпиталь вывозить из морга умерших, среди которых были и инфицированные тифом, поэтому ему  выдали разрешение на вывоз тел в любую точку города и за его пределами. Так как фашисты боялись заразиться тифом, повозку Бабкина никто не обыскивал.
Летчиков вывезли за город, а дальше связная Мария Глушкова пешком проводила их в Фатеж и перепоручила связному из Дмитриевского партизанского отряда. Как вспоминает Мария, путь был нелегким, пришлось даже через речку Свапу переправляться по пояс в ледяной воде.
Бежав из плена, капитан Константин Длужицкий продолжил службу и погиб в бою на Курской дуге под Понырями, является кавалером ордена Ленина. Второй летчик – Николай Евграфов совершил еще 380 вылетов и награжден четырьмя медалями. Николай вернулся с войны.
Комиссар Павел Бубеков, пройдя через штрафные батальоны, получив за героизм орден Красной Звезды, вернулся в авиацию и погиб в 1944-м.
Афанасий Бомко после плена продолжил служить в авиации и в 1945-м вернулся домой.

«А вы нашего попа навестите...»
Когда в освобожденный город прибыл известный публицист Илья Эренбург, в Курске все хорошо помнили о подвиге подпольщиков. Военный журналист  в очерке «Новый порядок в Курске», вышедшем в газете «Правда», передает слова Павла Бабкина: «А вот вы нашего попа навестите, замечательный поп... Священнику Павлу Говорову шестьдесят семь лет. Русский человек, он любит Родину. Он связан с партизанами. Он прятал у себя наших летчиков, переодевал их, помогал им перебраться через фронт».
Чуть позже отец Павел станет героем второй публикации Эренбурга «Верность»: «Кто в Курске работал с партизанами? Учительницы, рабочие, студентки-комсомолки и престарелый священник Павел Говоров, подростки и матери – народ. Они сберегли не только гордость, они сберегли и ту бодрость, которую в старину называли весельем духа»...
В октябре 1946 года Павла Говорова наградили медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
Служение священник-партизан после войны продолжил в Сергиевом Посаде, а затем перебрался в Москву и служил во Всехсвятском храме. Умер Павел Андреевич в июне 1960 года.
В Подмосковье остался дом священника. Внук отца Павла – Владимир Мруз – хранит как семейную реликвию части облачения деда, его книги и иконы. Но одну вещь Павла Андреевича – наперсный крест, с которым священник прошел мордовские лагеря, Владимир Владимирович подарил музею Курской битвы поискового отряда «Курган».
– В музее есть стенд, посвященный курским партизанам, где размещена фотография моего деда, – заключает Владимир Мруз. – Какую нужно иметь любовь к Родине, чтобы после испытания лагерями не озлобиться и сделать все, чтобы помочь ей в трудный час!..
  • Комментарии
Загрузка комментариев...

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ НА САЙТЕ:

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ:

Город
Происшествия
Культура
Спорт
Новые
Власть
Актуально
Общество
Пандемия COVID-19

Тайны авдеевских людей

Тысячелетия назад по курской земле ходили ловкие охотники на мамонтов. Ученые до сих пор не могут разгадать все ребусы и загадки их эпохи. Одной из важных стран...

Новые

Жители могут предложить рабочие варианты

В концертно-творческом центре «Звездный» состоялись финальные тематические обсуждения генплана с жителями города. За круглым столом поговорили о необходимости р...

Новые

Профессионалов экономики и менеджмента в мэрии ста...

В Курском филиале Финансового университета при Правительстве Российской Федерации 24 июня состоялось торжественное подписание договора о практической подготовке...

Новые

Погодная аномалия увеличила потребление воды

В связи с сухой и жаркой погодой объем потребляемой горожанами воды возрос более чем в два раза.

Новые