Режим труда и исправления

ИК-9 – это колония строго режима, где отбывают наказание за тяжкие преступления впервые. «Девятка» рассчитана на 1,5 тысячи осужденных. Раньше география «сидельцев» была довольно обширной, но с введением режима КТО в нашем регионе исправляются здесь только куряне (их 90%) и те, кто совершил преступление на территории Курской области. Это граждане не только России, но и стран ближнего зарубежья. 
Осужденным – от 19 лет и до 70+, но основная часть – трудоспособного возраста. А потому 98% из них работают. Традиционные направления: швейный и мебельный цехи, участки металлообработки. Самое масштабное производство – швейное. Его и посетил корреспондент «ГИ». 

Еще задолго до визита в ИК журналисты проходят инструктаж: средства связи на территории колонии запрещены (а значит, никакого диктофона в телефоне), с собой необходимо взять удостоверение личности. Вооружившись блокнотом и ручкой, с паспортом в кармане захожу в первую металлическую дверь. Их будет несколько, а на одном из этапов придется пройти еще и осмотр с использованием металлодетектора – безопасность превыше всего. 
Надо ли говорить, что и дисциплина на производстве «девятки» железная? «И работники всегда трезвые», – промелькнуло в голове. А если без иронии, то одно из преимуществ предприятий и промышленных линий при исправительных колониях региона – все договорные обязательства выполняются. 
– Готовы к реализации любого заказа. Каждый квартал участвуем в совещании с представителями муниципалитетов: обсуждаем, чем можем быть полезны, чтобы оптимизировать расходы бюджета и закрыть потребности в качественной продукции по доступным ценам для благоустройства городской и районной инфраструктуры, – отметил заместитель начальника УФСИН России по Курской области полковник внутренней службы Николай Семыкин.  
Николай Владимирович перечислил и другие преимущества привлечения осужденных к труду. Во-первых, 8-часовой рабочий день с перерывом на обед дисциплинирует, а зарплата – мотивирует. Во-вторых, и это, пожалуй, самое важное в части искупления вины осужденного – труд дает возможность погасить иски. Это и возмещение ущерба потерпевшей стороне, и алименты детям приговоренного. 

Средняя зарплата осужденных – 24 тысячи рублей. Иным хватает 
и иски погасить, и домой родственникам деньги отправить, еще и 
в местный магазин сходить за вкусненьким  

Ну и неочевидный бонус: на свободу осужденный выйдет не только с чистой совестью, но и с образованием и навыками работы, которые очень пригодятся ему при социализации. И это плюс даже не для него самого, а для общества, которое встретит не трутня, не один десяток лет сидевшего на шее у налогоплательщиков, но трудягу, способного найти работу по востребованной специальности и самому вносить свой вклад в бюджет без перспективы вернуться на скользкую дорожку. 
Тогда возникает вопрос: зачем труд самим осужденным? Конечно, среди них есть идейные, которые принципиально не будут работать. Кому-то не позволяет состояние здоровья. Но 98% трудоустроенных – это же впечатляет!
Еще одно несомненное преимущество трудоустройства назвали сами осужденные.

Начальник ФКУ ИК-9 УФСИН России по Курской области полковник внутренней службы Юрий Макаров предлагает начать знакомство со швейным производством с раскройного цеха. В большом теплом помещении установлены два стола. На одном раскраивают синтепон – метки наносят охрой, на другом лежит 50 слоев синей ткани с белыми полосками от мела. Детали на нем вырезают электрическим ручным ножом. Более серьезный агрегат – раскройный комбайн. На нем работают в специальной перчатке-кольчуге.
Юрий Александрович говорит, что осужденные выбирают работу исходя из своих навыков и физических возможностей. Например, в раскройном цехе надо трудиться стоя – кому-то это тяжело. А другим за швейной машинкой целый день просидеть – то еще испытание. 
В цехе трудятся шестеро молодых мужчин: делают заготовки для пошива утепленных курток. Один из них согласился на разговор. 
Александру – 32 года, из них 11 лет и 3 месяца он отбывает наказание по «наркотической» 228 статье УК РФ и за кражу. Освободится через 9 месяцев – и уже с профессией. В колонии Александр прошел обучение швейному и столярному делу, имея за плечами только среднюю школу (у некоторых при поступлении в ИК нет даже аттестата), пять лет работает в раскройном цехе, до этого трудился в швейном. Зарплату тратит на себя и отправляет семье – дома ждут мама и сестра. Обязательства по иску в размере 387 тысяч рублей он уже погасил. 
На вопрос, что дает ему возможность трудиться, Александр отвечает:
– За работой время быстрее проходит.
Эта фраза потом прозвучит в колонии не единожды. А некоторым его «коллегам по несчастью» предстоит провести за колючей проволокой более 20 лет… И этот бесконечный «день сурка» и есть самое суровое наказание. Только труд и спасает. 
Переходим в цех деревообработки. Здесь делают корпусную мебель из ЛДСП, столы и стулья из натурального дерева, кресла для актовых залов и кинотеатров, сувенирную продукцию. 
Мастер участка Александр рассказывает, что на свободе занимался изготовлением дверей, а в колонии повысил квалификацию столяра до 4-го разряда (всего их шесть). С профессией он определился еще на карантине – так называется двухнедельный этап при поступлении в ИК. Узнал, что в «девятке» есть участок деревообработки, написал заявление. 

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ