В юбилейный год продолжаем знакомить читателей «Городских известий» с публикациями, которые выходили в газете в 1991 году. Вот такой материал увидели куряне в двадцать девятом номере.
Веселая кинокомедия о женщинах-летчицах и их небесном тихоходе У-2 появилась на свет, наверное, только потому, что в жизни эти женщины были сыты горем по горло. Настолько горьки бывали военные будни, что без смеха уже нельзя. Вот и Нина Николаевна Рыбина, прошедшая всю войну радисткой летной части, рассказывает о ней с юмором, а получается – грустно. И хоть после войны прошли долгие годы, но ни время, ни трудная работа на разных фабриках города не вычеркнули из памяти пережитого. А деятельность в клубе фронтовых подруг разве не напоминает о прошлом?
– Я везучая, даже счастливая. У меня и на войне что ни день, то приключение. Однажды был случай: прохожу я по летному полю, а подруга, которая в охранении стояла, из кустов мне рукой машет. Подхожу я к ней, гляжу, а в кустах трое фрицев сидят, глазами стреляют, и пулемет сбоку наготове... Я так со страху и обмерла. Подруга, однако, спокойно мне объясняет: «В плен сдаются! Беги к командиру, я пост бросить не могу». Я – докладывать, а командиру чуть плохо не стало: «Вы что, девки, с ума посходили? Да они сейчас ее снимут и самолеты подорвут! Соображать надо!» А что тут соображать: захотели бы – и двух «сняли»... Но все обошлось хорошо. Когда по летному полю тех немцев вели, все оглядывались и хохотали: «Ай да девки! Трех мужиков в плен взяли!»...
Я очень везучая... Столько случаев, а у меня – ни царапины! Вот заняли мы деревню. Не деревня, одно название, вся разрушена. Ну и определили под склад хату без крыши. Потолок провис, того и гляди обвалится! А моя как раз очередь подошла склад всю ночь сторожить. Командир даже рукой махнул: «Ладно, пошли отсюда, еще придавит – горя не оберешься». Но я бодро так отвечаю: «Ничего-ничего, я уже на ящиках себе постелила». И вот только все ушли, тут потолок – бах! – и обвалился. Стою ни жива ни мертва, в голове гудит, значит, чем-то огрело. Все снова сбежались: «Неужто жива? – «Да жива!»...
А как Днепр форсировали – даже вспомнить страшно... Представляете: «мессеры» день и ночь небо чертят, переправа не прекращается ни на минуту – вода уж красна от солдатской кровушки. В самом деле, красная была вода. Меня в грузовик на переправу определили. А грузовик-то …со взрывчаткой. Страшно. Ай, думаю, ладно – полезла в кабину. А шофер то ли в шутку, то ли всерьез говорит: «Ты дверцу-то не закрывай. Как увидишь, что бомба на нас летит, – в воду прыгай!» Так и переправились, глазами в небо впившись. Мы всe крещенные днепровской красной водичкой – те, кто живым тогда остался. Если встречаемся, знакомые или нет – все, как родные. Видите, какая я везучая!
...На фронт Нина Николаевна Рыбина попала совсем молодой, когда мобилизовали жен комсостава. И года женой не побыла – стала солдатом и солдаткой.
Наши солдаты... Наши солдатки, прошедшие живыми по дорогам, на которых погибли их менее везучие мужья...
Записала Людмила ЕФРЕМОВА.
- Комментарии
Загрузка комментариев...
