Курская Книга памяти: судьбы героев в 20 томах

Нас двадцать миллионов
От неизвестных и до знаменитых,
Сразить которых годы не вольны,
Нас двадцать миллионов незабытых,
Убитых, не вернувшихся с войны.
Нет, не исчезли мы в кромешном дыме,
Где путь, как на вершину, был не прям.
Еще мы женам снимся молодыми,
И мальчиками снимся матерям.
А в День Победы сходим с пьедесталов,
И в окнах свет покуда не погас,
Мы все от рядовых до генералов
Находимся незримо среди вас.
Расул ГАМЗАТОВ.

Недавно в «ГИ» был опубликован материал о выходе в свет 20-го тома Курской областной Книги памяти. В ней собраны имена участников Великой Отечественной войны. Многим она действительно помогла узнать о том, как погибли или где захоронены их родные. 
О том, как на протяжении 37 лет велась работа над выпуском уникального издания, «ГИ» накануне праздника Великой Победы рассказал историк, краевед, председатель совета ветеранов Железнодорожного округа Александр Манжосов. 
Александр Николаевич принимал непосредственное участие в создании всех томов Книги памяти – с 1-го по 20-й (27 книг). Кстати, в состав редколлегии входили многие известные люди – Михаил Овсянников, возглавлявший областной совет ветеранов в 1991-2005 годы, журналист Тамара Грива, один из первых поисковиков Курской области Олег Неверов. Большой вклад в создание областной Книги памяти внесла заслуженный работник культуры, курский архивист Александра Травина (она более 25 лет была членом рабочей группы) и, конечно, активисты областного Центра «Поиск» под руководством кандидата исторических наук Игоря Цуканова.
Но обо всем по порядку. 

История создания 
Как же все начиналось? 17 января 1989 года вышло постановление ЦК КПСС о создании Всесоюзной Книги памяти. В каждой области предполагалось начать работу по подготовке этого издания, в которое вносились фамилии советских воинов, погибших на фронтах Великой Отечественной войны, партизан и подпольщиков, бойцов войск НКВД и других категорий. 
28 февраля 1989 года было принято постановление бюро Курского обкома партии о подготовке областной Книги памяти. Была сформирована редколлегия из десяти человек. Ее поручили возглавить начальнику политотдела областного военкомата полковнику Александру Свеженцеву. 
– К сожалению, должен признать, что постановление областного комитета партии было скоропалительным и подготовлено поверхностно. В состав редколлегии вошли люди, не имевшие нужного опыта. У них даже не было представления о том, как это делать. К осени 1989 года пришли к неутешительным выводам – работа не сдвинулась с места, – отметил Александр Манжосов. 
А ведь в то время, с одной стороны, торопило с исполнением постановления ЦК партии, а с другой – ветераны. Списки погибших начали публиковать в городских и районных газетах. В 1991 году эту эстафету подхватили «Городские известия». 
– Однако не было коллективной воли для упорядочения этой работы. Идеологический отдел обкома партии, который тогда возглавлял Виктор Стрельцов, не справился с поставленной задачей, – заключил Александр Манжосов. 
В сентябре 1989 года было принято решение облисполкома о новом составе редакционной коллегии из 19 человек. Возглавил ее заместитель председателя облисполкома Николай Алымов. 
В обновленный состав редколлегии был введен Александр Манжосов как зампредседателя Курского областного краеведческого общества. К этому времени он имел определенный опыт поисковой и патриотической работы. 
– Большой вклад в создание Курской областной Книги памяти внес ветеран Великой Отечественной войны Николай Васильевич Сухомлинов. Потрясающий по силе и мужеству человек. Занимался этой работой с большой заинтересованностью и со знанием дела, потому что сам был участником Великой Отечественной войны – освобождал Украину, Польшу, участвовал в штурме Берлина, завершил войну в Чехословакии. Он прошел большой боевой путь, был награжден многими наградами, – рассказал историк. 
По предложению Николая Васильевича и при поддержке Курского облисполкома в нашей области первой в стране была создана рабочая группа при редколлегии Книги памяти. К работе подключились ветераны войны – Петр Сухановский, Валентин Федоров, Иван Перебасов, Василий Поздняков. 
Но возникает логичный вопрос: почему до 1989 года не ставилось задач по созданию Книги памяти? 
– В военкоматах в 1960-х составляли подобие Книг памяти – с фамилиями погибших. Но это были выпуски для служебного пользования. К тому же сведения в них были неточными, – пояснил Александр Манжосов. – Когда только мы начали работать над книгой, районные военкоматы и облвоенкомат предоставили нам чуть более 140 тысяч фамилий. А уже в 2011 году количество фамилий достигло 210585.  
В октябре 1993-го вышел из печати первый том областной Книги памяти. В нее вошли сведения о погибших из Курска и двух районов – Беловского и Большесолдатского. Это почти 20 тысяч человек. В то же время редколлегия сообщала, что в Книгу памяти будут занесены имена около 200 тысяч воинов-курян. 
Сложностей было много, приходилось вручную заполнять карточки, а затем отрабатывать данные на машинке. Из-за отсутствия автоматизированных средств проверки в информации возникало множество ошибок, в том числе связанных с однофамильцами – людьми с совпадающими фамилией, именем и отчеством, но разными годами или местами рождения. Составителям было крайне сложно решать, речь идет об одном и том же человеке или о разных?
Чтобы избежать потери данных или путаницы, принималось решение дублировать записи – вносить две фамилии, даже если существовала вероятность, что это один и тот же человек. Впоследствии часть этих неточностей удавалось исправить.

Пропал без вести?
Александр Манжосов привел несколько характерных примеров по содержанию 1-го тома Книги памяти.
В редколлегию обратилась сестра курянина, уроженца Медвенского района Ивана Евсеевича Муранова. Он жил и учился в Курске. В годы Великой Отечественной войны погиб. На домашний адрес семьи пришла похоронка на другое имя Владимира Евсеевича Сидорова с совпадающими годом рождения и адресом. Это вносило полное непонимание его родных на протяжении почти 60 лет. 
Уже в рукописном варианте 1-го тома Книги памяти было имя Ивана Муранова. Но у редколлегии появились сомнения: надо было доказать, где он погиб. 
– Нам повезло: в редколлегию предоставил списки архив управления госбезопасности по Курской области. В них указывалось, что Иван Евсеевич Муранов 1924 года рождения, боец истребительного батальона был направлен в распоряжение разведотдела 40-й армии для подготовки диверсий в тылу противника. Для этой операции ему был выдан оперативный псевдоним – Владимир Сидоров (и соответствующие документы), – продолжил Александр Манжосов. 
В Книгу памяти внесли запись об Иване Евсеевиче Муранове, где указано, что он пропал без вести (а позднее было уточнено – погиб в 1944-м во время наступления в составе одной из советских танковых частей при прорыве вражеской обороны в Витебской области Белоруссии).
Но самое главное – его сестра Мария Муранова спустя годы узнала правду о судьбе брата и обрела уверенность в его гибели как героя, выполнявшего свой воинский долг. 
«Камень с души упал» – самая важная фраза во всей этой истории.
Это пример того, как за сухими строчками архивных документов скрываются человеческие трагедии, долгожданные ответы и восстановленная историческая правда.
С 1-го и по 20-й тома у 60 человек изменили статус с «без вести пропавший» на «погибший» – это касалось бойцов народного ополчения, защищавших Курск в ноябре 1941 года. 
Листая страницы издания
В 1-м томе нет этой фамилии – Лисоправский Давид Самуилович, 1894 года рождения. Будучи ополченцем в дни обороны Курска, Давид Самуилович был захвачен немцами и расстрелян в районе бани (бывший Кировский район, ныне улица Островского). 
Потребовалось почти 75 лет, чтобы установить истину. Ведь в документах были указаны фамилии Лисаправский и даже Листоправский. 
И только в прошлом году при других обстоятельствах поиска Александр Манжосов нашел партийный билет образца 1936 года, где написано «Лисоправский Давид Самуилович» с его личной подписью. В 20-й том это имя занесли как погибшего ополченца.
В 1-м томе есть фамилия политрука Виктора Антоновича Дешо, год рождения 1924-й. Историкам показалась сомнительной эта дата.
В тех же ведомостях, где была подпись Лисоправского, были найдены данные о Викторе Дешо. Оказалось, что он 1909 года рождения.
Эти две фамилии внесены в 20-й том Книги памяти. Как и фамилия подпольщика Петра Якубова. В документах Дзержинского райкома комсомола были найдены данные на Петра Исааковича Якубова, 1913 года рождения. Он был расстрелян гитлеровцами в Курске в январе 1942-го. 
Или вот еще пример. Боец народного ополчения Николай Васильевич Самарин погиб в январе 1945 года на территории Польши, в Цеханувском воеводстве. Был похоронен в братской могиле в городе Беленцин.
Долгие годы его семья – жена Анастасия Ильинична, дочь Галина Николаевна и внуки – не знали точного места его захоронения, имея лишь информацию о гибели в боях.
Благодаря исследованиям польского писателя, поэта и публициста Януша Пшимановского удалось установить точные данные.
Семья получила эти важные сведения только в 1991 году. Несмотря на огромное желание Анастасии Ильиничны посетить могилу мужа, сделать это в то сложное время было практически невозможно. 
Эта история – яркий пример того, как важна работа по сохранению исторической памяти и как много значат для потомков даже самые небольшие сведения о судьбе их героических предков.

Еще более 100 фамилий
Когда только начали работу над книгой, Александр Николаевич поднял вопрос, почему в Книге памяти не отражены сведения о бойцах специальных формирований Народного комиссариата путей сообщения? Для Александра Манжосова это был очень важный вопрос, потому что многие годы он посвятил изучению истории Курского отделения Московской железной дороги, особенно в период Великой Отечественной войны.  
Бойцы специальных формирований были не рядовыми железнодорожниками, по статусу они были приравнены к военнослужащим Красной армии. Но с 1978 по 1991 год не признавались участниками войны. Все изменилось в июле 1991-го, когда было принято постановление Кабинета министров СССР. Однако признали участниками войны только оставшихся в живых. Им начали выдавать удостоверение. А как же погибшие?
На заседании редколлегии Книги памяти в декабре 1989 года по инициативе Александра Манжосова было принято решение о занесении более 100 фамилий погибших курян – работников спецформирований. 
Вскоре вышло специальное указание Министерства путей сообщения СССР №18840 от 18 февраля 1990-го, где было рекомендовано всем отделам кадров отделений дороги связаться с местными редколлегиями для занесения данных погибших железнодорожников, работников спецформирований в областные и республиканские Книги памяти. 

Поиск информации
В 20-м томе приводится цифра – занесено в 20 томов 215420 фамилий погибших жителей Курской области. Из них 104968 – без вести пропавших. 
Сколько бы не нашли дополнительно имен, половина будет значиться пропавшими без вести. Почему?
Когда в военных документах указано, что человек «без вести пропал», это не всегда означает, что о нем невозможно найти дополнительную информацию. В последние годы благодаря оцифровке архивов и международному сотрудничеству появляется все больше возможностей для поиска. Могут помочь, например, списки военнопленных. Многие страны (Германия, Финляндия, Нидерланды) передали России данные лагерей, где содержались советские военнопленные. В этих документах – имена, даты, места пленения.
Помогают восстановить правду о наших погибших международные базы данных. Существуют проекты по обмену информацией между Россией, Германией, Финляндией и другими странами. Например, немецкие архивы публиковали обширные списки советских военнопленных.
Есть мемориальные проекты. На сайтах «Память народа», «ОБД Мемориал» и других можно найти не только официальные документы, но и отсканированные карточки из лагерей, письма, свидетельства очевидцев.
Иногда информацию удается обнаружить через краеведческие музеи, поисковые отряды или местные архивы, особенно если известно место последнего боя или предполагаемого пленения.

Документ, летопись, размышление
Время неумолимо идет вперед, но память о подвиге советского народа остается в сердцах поколений. Яркое тому подтверждение – 20-томная Книга памяти Курской области. На ее страницах – не просто имена, а судьбы, восстановленные кропотливым трудом составителей. Сотни тысяч архивных документов, переписка с родными и однополчанами, обработка списков из разных регионов – каждый том этого уникального издания стал результатом поистине героической поисково‑исследовательской работы.

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ